Слепая зона

Фото: Наиль ВАЛИУЛИН.

Адвокат Платон Смородина поправил крупные очки.

— Тося, расскажите подробнее.

— Конкуренты от радости пляшут. Давно хотят меня съесть. Мы маленькие, но прямо у метро, проходное место. Еду привозят, так что Базиль работает один. Я-то кафе закрою. А ему? Садиться в тюрьму?

— Видеосъёмка?

— Есть, но там видны только касса и вход. Я ж экономлю на всём, — Тося вздохнула. — А эти дуры сели сбоку. Базиль, бариста наш Вася, так дёргался, когда всё это произошло. Так переживал, что разбил бокалы.

— И поэт, я так понимаю, — одна из дур?

— Да, Анна. Блондинка. Самая богатая. Блогер, стихи пишет. Повезло так повезло, — Тося потыкала пальцем в смартфон и показала Смородине голубоглазую блондинку. — Вы могли её встречать, вы же ходите на всякие вечера.

— Красивая...

— У окна сидела Екатерина, главред известного сайта. Худющая, в бежевых туфлях. Крутая тётка. Спина как линейка, и смотрит на всех сверху вниз, будто она на троне, а мы — прислуга. Только нервная какая-то. Я заметила: у неё ноготь на указательном сломан. И заусенец. Она его грызла, что ли? Такой ухоженной женщине не по статусу. — Тося положила на стол серую распечатку с камеры при входе. — Где-то рядом с нами офис. Эти две у нас часто бывают, пирог едят. А третья Ира, обозреватель в какой-то большой газете. Пишет про культуру. У меня канарейка жила. Вот нахохлится — один в один. Естественно, обозреватель! С такой внешностью только в обозреватели. В туалет они шастали поодиночке. Но главное, Платон Степаныч, Аня пила какие-то лекарства. Вася обратил внимание, потому что его смешит этот нервный тик, знаете? Когда человек глотает таблетку и головой дёргает. А Ира какие-то пузырьки на стол вываливала. Надавите на следствие, чтобы они приняли это во внимание. Чтобы немедленно прекратили писать, что это они у меня что-то съели!

— Установлено, чем именно Анна отравилась?

— Нет. Но упала-то она у меня в кафе! И по сети уже пошла волна. Они так хорошо сидели, прям как в сериале «Секс в большом городе». Смеялись, фотографировались. А когда уходили, она сначала начала шарить руками вокруг. Я даже думала, что притворяется, но нет, в реанимации лежит. И Ирка эта, буханка ярости. Натурально мопс. Что так взъелась? Это неспроста. Тявкала, что просто так этого не оставит и что у нас тирамису просроченное. Платон Степанович, вы должны доказать, что это всё постановка. У нас тирамису не просроченное! Хорошее тирамису! Я его сама ем.

— Полагаете, они мошенницы?

— Про двух не думаю, они явно не нуждаются, — сказала Тося неохотно. — А вот Ира... Я сразу вызвала полицию. И ещё потребовала, чтобы они показали свои сумки!

Так она схватилась за свою: «Не дам! Не имеете права!». Однако мне удалось зафиксировать её содержимое. Я же заранее включила видеокамеру и держала телефон в руке. Размахивала им, как будто ну просто так. А сама всё фиксировала и вот вам распечатала. У неё там аптечка! Баночки корейские. И книга о ядах! — Она победно посмотрела на Смородину. — А Катя молодец, сама всё показала.

— Отравить человека в Москве? Днём? У всех на виду?

— В это время обычно немного народу.

— Ира оставалась за столом одна?

— Нет. Но они фотографировались. То есть фотографировали блондинку. И она вертела всё на столе своими короткими толстыми пальцами. Могла подсыпать корейский яд.

Смородина углубился в изучение фотографий содержимого сумок. Хмыкнул.

— Да, тут для похудения полный набор.

Тося заёрзала на стуле.

— Может, подадим сразу заявление, что она у нас людей травит? Превентивный удар?

— Сначала подготовка. Удар потом.

Фото: Наиль ВАЛИУЛИН.

***

Бариста рассказал, что сначала в кафе пришли Аня и Катя, потом прибыла Ира, и все заказали тирамису и фирменный матча-латте с лавандовым сиропом.

— Тирамису со сладким чаем?

— Угу.

— А как себя вели Аня и Катя?

— Хихикали, особенно Катя. Я краем уха услышал, что они ждут «женщину в вечном поиске любви».

— Фотографировались?

— Только когда пришла Ира, — уточнил Вася, — обозреватель культуры, она с краю сидела, в шарфике. Аня, поэтесса, позировала. Главред снимала. А Ира суетилась — убирала лишнее со стола. Ну, салфетки, телефоны. Она всё хотела попасть в кадр, но её не звали.

Вася замолчал. Потом добавил:

— А Катя два раза выходила. В туалет. Или курить. Я не смотрел. Но когда вернулась — руки тряслись. Я подумал: замёрзла. Кондиционер у нас мощный.

***

На Кате были бежевые туфли, джинсы, белая майка и приталенный пиджак. Она выглядела успешной.

— Мы все вместе в институте учились. Конечно, она завидовала Аньке. И двадцать лет назад, и сейчас.

— Красоте?

— Не только. Это класс, уровень мышления. У таких, как мы, он другой. Ира всегда хотела к нам. Анька снисходила. Наверное, это родило обиду.

Смородина отметил это «мы». Катя говорила о себе и Анне как о существах высшего порядка. Хотя они были очень разными. Аня — нимфа и красавица, Катя — рабочая вобла с челюстью бульдозера.

— Институт давно окончен. Сейчас у Иры маленький сын, неплохая карьера.

— Я вас умоляю. Бегать обозревателем в сорок пять лет? — Катя скривила лицо. — Не смотрите на меня так. В моём родном городе к этому возрасту спиваются. Я о том, что хотела-то она другого. Страстной любви. Известности. Всего этого у Ани в избытке. Это всегда получала она.

— У Иры, я посмотрел, недавно вышел роман.

— Таких писателей тысячи. Стала она новой Джоан Роулинг? Я думаю, дело в тирамису. — Катя улыбнулась.

Смородина заметил, что при этом её пальцы на секунду сжались в кулак.

— Ваш сайт знаменит расследованиями.

— Мы зарабатываем на диетах, марафонах по похудению. Это почти как нефть. Человек с возрастом набирает вес. Понимаете, это во многом обусловлено генетикой — то, как человек чувствует голод, какое удовольствие испытывает от еды. Жизнь у большинства наших читательниц тяжёлая. Они волокут на себе быт, детей и мужа-инфантила. И всё это после восьмичасового рабочего дня. А общество ещё и давит на них, чтоб они состариться не смели. Мол, Кейт Мосс не располнела. Кейт Мосс свою фигуру получила в генетической лотерее. Впрочем, как и лицо олигофрена.

— А о чём лично вы пишете?

Катя помассировала переносицу. То ли у нее болели глаза, то ли она давала понять, что устала и беседу пора прекращать.

— Моё время слишком дорого стоит. Я давно уже ничего не пишу сама. Обращение главного редактора я только утверждаю.

— Ира спрашивала вас, как ей похудеть?

— Я не врач.

— Но вы сами что-то колете?

— Да, сейчас это все делают.

— А как Анна жила с мужем?

— Это что ещё за вопрос?

— Праздное любопытство.

— Неплохо. Насколько это вообще возможно.

***

Смородина не рассчитывал, что ему удастся поговорить с доктором, но всё же поехал в больницу. Каково же было его удивление, когда он увидел в фойе знакомого Константина. Увидев адвоката, он сник, но тут же оправился и рассказал, что привёз лежащей в реанимации жене сменное бельё.

Они перекинулись парой слов и разошлись. Смородина сел на скамеечку и задумался. Теперь у него соединились в один образ две картинки: голубоглазая блондинка, которую показывала ему Тося, и притухшая молчаливая женщина, на которую её супруг не смотрел лишний раз. Он действительно пересекался с Анной пару раз за кулисами почитаемого в профессиональных кругах театра. Её муж Константин был директором известной школы. Магическим образом каждое зачисление новых учеников приносило ему деньги. Он играл джаз и со слезами на глазах декламировал стихи, а потом появлялся его сын, с которым можно было договориться. Адвокату всегда казалось, что Константин себя презирает. Не за то, что государство выделяет деньги на одарённых, а учатся обеспеченные. Школьники его вообще мало интересовали. Он хотел быть мастером, а не педагогом. Но был эталонно бездарен.

В своё время Анна купила Константину квартиру, чтобы он на ней женился. У неё оставалась ещё одна недвижимость, на аренду от которой она и жила. Интересно, есть ли завещание и в чью пользу оно составлено? У Смородины сложилось впечатление, что муж как будто был бы даже рад, если бы её не стало.

***

Ещё издали, увидев Иру в редакции, Смородина сразу понял, почему могла дружить с ней красавица. Журналистка была блеклой и очень старательной. На ней была оранжевая хламида и мятый шарфик кирпичного цвета. Возвращаясь к своему столу, она похлопоталал вокруг одного коллеги, потом поднесла что-то другому. Смородина вспомнил её профиль в соцсети. На нём была секс-бомба: глубокий вырез, тонкая талия, высокомерный взгляд. Если диагноз по аватарке верен, больше всего в жизни она мечтает надеть мини-юбку.

— Вы были близкими подругами?

— Учились вместе. — Ира ухмыльнулась. — Анька пригласила на кофе, хотела, я так понимаю, чтобы я ещё раз про неё бесплатно написала.

— А с её мужем вы знакомы? Ира поджала губу.

— Не очень.

— Это как?

— Шапочно.

— А это точно не вы попросили о встрече? У вас же недавно вышел роман. Это могло стать поводом.

— Она его даже не заметила. Ха-ха! А зря. — Ира криво улыбнулась. — Но вы извините, мне надо работать.

Фото: Наиль ВАЛИУЛИН.

***

Смородина раздобыл роман. Одну из героинь звали Анна. В заглавной сцене их было двое: Анна и безымянная рассказчица. Анна ходила за спикером, поэтом - звездой, лупоглазым бараном со слюнявыми губами, а потом вернулась к рассказчице.

— Сказал «Отдайся мне, Анька, я поучаствую во всех твоих проектах».

— А по-другому нельзя?

— Похотлив.

— У тебя муж-миллионер. Пусть заплатит, заключит договор.

— Повесил на меня дачу, маму. Вообще не понимает, с кем живёт.

Вскоре поэт поелозил по Анне, и она объявила творческий вечер с участием звезды. Сняла зал. Купила шампанское. Тот, естественно, не пришёл.

***

С утра Смородина дождался ответа от доктора и поехал в кафе, где его уже ждали все участники.

— Первые симптомы совпадают с пищевым отравлением — туман перед глазами, резкая слабость. Но Анна выпила тетризолин, который при приёме внутрь — сильнейший яд.

В полной тишине раздался вздох облегчения Базиля.

— Господи, я боялся, что перепутал сироп. Лавандовый с кокосовым. Вдруг у нее аллергия?

— Катя дружила с Анной потому, что считала её дурой. Анна приятельствовала с Ирой, потому что та, бедная и некрасивая, бывала иногда ей полезна. А вот Ира не так давно поняла, как к ней на самом деле относятся. И даже выразила это в романе. Этот роман — начало беды.

Смородина повернулся к Тосе.

— Преступница знала, что камеры направлены на вход, то есть есть слепая зона. Я даже думаю, что Анна с Катей были возбуждены именно от злорадства, потому что рассчитывали, что за компанию с ними Ира станет пить сладкий чай, нарушит вечную диету, а значит, после будет казнить себя. Им было хорошо от мысли, что ей будет плохо. По сравнению с Ирой Анна — сбитый лётчик. Она называет себя знаменитой, но известна только среди своих знакомых. А роман вышел тиражом четыре тысячи экземпляров, Ира в свои сорок пять на взлёте. В тот день Анна завидовала ей, а не наоборот. Понимаете, роман — это такая распространённая мечта. И какая-то очень нутряная.

Ира кивнула.

— Со мной некоторые коллеги по две недели не разговаривали. А Анька не заметила даже.

— Они заметили, уверяю вас.

Он повернулся к Кате.

— На видео из кафе я не мог как следует вас разглядеть, но было ясно, что вы горели от негодования. Как это ничтожество посмело воплотить вашу мечту? Мечту, которую вы спрятали даже от себя самой. Ещё я отметил, что Ира хлопотала вокруг Ани, а не вокруг вас. Это Анне она столько лет хотела понравиться. Стать тонкой и обворожительной, как она. И вы вдруг поняли, что двадцать лет упорного труда не сделали из вас звезду. Ира талантлива, успешна и считает вас неприятной и злой. Гнев застил вам мозг. Поэтому у вас тряслись руки. Вы выходили, чтобы успокоиться. Но вам не помогло. Вы вернулись за стол. И в тот момент, когда девушки отодвигали посуду для лучшего кадра, вам пришла в голову идея. Слабительное! В сумочке у вас был «Гутталакс». Вот что сотрет благополучие с лица этой выскочки. Она будет мучиться от поноса и спишет все на несвежую еду в кафе. Вы не хотели никого убивать, просто хотели сделать гадость. И вот Ирины бокал у вас в руках, она показывает Анне, какой получится хороший кадр, на вас никто не смотрит. Сейчас или никогда. Свободной рукой вы лезете в сумку, привычно скручиваете крышечку и выжимаете целый флакон. Под столом, на ощупь. Слишком самонадеянно. Но вы не думали в тот момент.

Он сделал паузу.

— И ноготь. Вы грызли его в кафе. Я думал — нервы. А это была ярость.

Катя пристально смотрела на него, задрав подбородок.

— Ира — хлопотушка. Как бы она ни была обижена на насмешки, которые наконец заметила, но когда вы начали фотографировать Анну, она продолжила помогать сделать кадр лучше, убирать лишнее. И случайно перепутала бокал.

Ира ошарашенно прошептала:

— Я перепутала? Я?

— Вы не знали. Вы просто помогали. Убирали салфетки. Поправляли бокалы. И случайно перепутали.

Он повернулся к Кате.

- Визин же вы капаете, да? Его вы схватили впопыхах вместо слабительного? Потому вы и показали сумку без борьбы – пустой флакон был у вас в кармане. Ребенок от подобной дозы тетризолина уже погиб бы, да и сорокалетняя сердечница была в опасности. Производитель честно пишет в инструкции, что применять глазные капли внутрь категорически нельзя. Слава богу, Аня жива.

Побелевшая Катя продолжала держать лицо, но взгляд её задрожал. И когда в кафе вошли сотрудники полиции, она не выдержала.

— Она же никакая! Ни-ка-ка-я! Дохлая мышь! Вечная прислужница мужчин! Как вы все этого не видите?!

***

Через полчаса всё было кончено. Базиль мыл бокалы, Тося строчила отчёты в соцсетях: «Осторожно, друзья! Яд может оказаться в бокале, который подаст вам лучшая подруга. Только у нас весь тирамису свежий!» Ира по-прежнему сидела на том же месте, не в силах пошевелиться.

Смородина подошёл и протянул ей экземпляр её романа.

— Хотел бы попросить ваш автограф.

— Не хочу больше быть писателем. Вы же видите, к чему это привело.

— Вижу, — сказал Смородина. — Что вы талантливы. А остальное — не ваша вина.

Читайте другие рассказы участников «Конкурса детективов-КП» по ссылке на сайте KP.RU.

КОНКРЕТНО

Как тебе такое, Шерлок Холмс?!

Вызов авторам, пишущим детективы!

Мы объявляем прием заявок для авторов, пишущих в детективном жанре. У вас есть уникальная возможность: ваш рассказ может быть опубликован на сайте kp.ru , а лучшие авторы получат приглашение издать книгу в нашем издательстве, а также получить возможность стать автором идеи для сценария одной из серий легендарного сериала «След» на Пятом канале.

Условия участия

Принимаются оригинальные детективные рассказы объемом до 13 000 знаков.

История должна содержать интригу, расследование, убедительную мотивацию персонажей и яркую кульминацию.

Приветствуются неожиданные повороты, свежие идеи и уникальная авторская манера повествования.

Участвовать могут как начинающие, так и опытные авторы.

Формат подачи заявок

Отправьте:

завершенный рассказ;

краткий синопсис (до 1000 знаков);

короткую информацию об авторе (3 - 5 предложений) на почту: detective@kp.ru с пометкой «Конкурс детективов».

Критерии оценки

Оригинальность идеи.

Захватывающая интрига.

Качественное литературное повествование.

Убедительность персонажей и логика событий.

Жюри

Олеся Носова - генеральный директор и главный редактор Медиагруппы «Комсомольская правда».

Александр Рогоза, писатель, спецкор «Комсомольской правды», автор расследований.

Павел Садков - заместитель главного редактора, курирующий тему культуры.

Алексей Семенцов - заместитель главного редактора, редактор «толстушки» - еженедельного выпуска газеты «Комсомольская правда».

Наталья Щербаненко - издатель книжного издательства «Комсомольская правда».

Призы

Публикация детективного рассказа на сайте kp.ru.

Каждый участник может выиграть шанс стать автором идеи для одной из серий популярного детектива «След» на Пятом канале.

Возможность заключить издательский договор и выпустить книгу в нашем издательстве.

PR-поддержка для автора.

Сроки проведения

Начало подачи заявок: 28 января 2026 года

Окончание подачи заявок: 30 декабря 2026 года

Финалисты конкурса: каждый месяц 2026 года

Определение финалиста года - январь 2027 года.

Не упустите шанс заявить о себе!

Примите участие, представьте свой детективный мир читателям всей страны и откройте новую главу своей писательской карьеры!

Контакты

Почта для отправки заявок: detective@kp.ru

Полные условия смотрите в Положении о конкурсе.