Дело о золотых самородках

Фото: ИИ

Глава 1

Капитан Родион Ермолаев, подперев левым кулаком подбородок, скучающе смотрел в окно. В правой руке он держал карандаш, которым мерно постукивал по столу в унисон своим безрадостным мыслям. Хотелось настоящего дела! Но в их маленьком городишке, кроме банальных бытовых распрей и мелких краж, ничего больше не происходило. Как защитника правопорядка это не могло не радовать, но как сыщика такое положение вещей удручало с каждым днём всё больше и больше.

— Родя, срочный вызов на Бабушкина. Жду тебя внизу, - в кабинет заглянул запыхавшийся младший лейтенант Николай Свиридов и, схватив куртку, тут же умчался.

Несмотря на то, что Николай был младше Ермолаева и по званию, и по возрасту, субординацию эти двое соблюдали только перед высшим начальством, а между собой у них давно установились панибратские отношения, так как знали они друг друга с детства.

Старый уазик, дребезжа и подпрыгивая на ухабах, в наступивших сумерках мчался на окраину города. Опергруппа в составе трёх человек, Ермолаева, Свиридова и судмедэксперта Якова Григорьевича Кирсанова, синхронно взлетали на каждой кочке, мысленно матеря одну из российских бед.

— Тимофеич, да не гони ты так! - не выдержав очередной встречи собственной макушки с потолком автомобиля, в сердцах крикнул Яков Григорьевич.

— Дык, ёшки-терёшки, дорога-то, чай, сам знаешь какая, - пыхтя громче уазика, тут же откликнулся грузный Тимофеич, - да ещё и не видно ни черта, хоть бы фонари поставили, ироды. Машина, того и гляди, на ходу развалится, а начальству всё нипочём, новыми пользоваться только в центре по асфальту разрешают, а в такую глухомань и эта колымага, по их мнению, сойдёт.

Тимофеич зло сплюнул и, со всего маху влетев в очередную канаву, лишь ещё больше насупился и крепче вцепился в руль. Это был полный сорокалетний мужик, страдающий жуткой одышкой и безнадёжным пессимизмом. Иван Тимофеевич ругал всё, начиная от вечно мерзопакостной, в его представлении, погоды и заканчивая неудобным ёршиком для унитаза, но главной и незыблемой темой его недовольства было любое начальство.

На очередном повороте уазик с протяжным визгом свернул в частный сектор и каждый член опергруппы, как по команде, обеими руками вцепился в сиденье до побелевших костяшек пальцев. Сосчитав все колдобины и светом фар разогнав окрестных кошек и собак, уазик, наконец, затормозил возле старой халупы с покосившимся деревянным забором, и опергруппа со вздохом облегчения покинула его нутро. Возле калитки, дверь которой держалась на одной петле и противно поскрипывала при каждом порыве ветра, их ждал участковый. Возле него вертелся субтильный мужичок лет пятидесяти. Завидев Ермолаева, он нахохлился, словно грач после дождя, поднял воротник чёрной кожаной куртки и низко надвинул кепку.

— Шишкин, отставить игру в прятки! Я тебя в любом обличии узнаю, - оценив конспирацию мужичка, хмыкнул Родион и, обратившись к участковому, продолжил, - Доложите обстановку, лейтенант! Что у вас тут случилось?

— Да чертовщина какая-то, Родион Алексеевич! - лейтенант Семён Бугров смахнул рукавом плаща выступивший на лбу пот и указал на Шишкина. - Василий прибёг давеча и давай шуметь, что в доме Емельяновны кто-то с фонарём рыщет. Я сначала подумал, что показалось ему с пьяных глаз. Елизавета Емельяновна, почитай уж, третий год как на погосте лежит, единственный сын на севере ещё раньше сгинул, кому тут бродить? Но Василий чуть ли не за руку меня сюда притащил. А я и впрямь свежие следы возле крыльца обнаружил, но дверь при этом заперта, как и была, с внешней стороны на старый амбарный замок. Следы сравнил не только со следами Василия, но и со всеми рядом живущими соседями, заодно их опросив. Следы на первый взгляд ни с кем не совпадают. Наши мужики в кроссовках да сапогах ходят, дед Михалыч вообще в калошах летом и зимой рассекает, а тут следы от мужских ботинок. Кроме Василия, никто ничего не видел и я принял решение вызвать вас.

— Ключ от замка имеется? - внимательно осматривая заросший участок дома в поисках дополнительных зацепок, спросил Ермолаев.

— Имеется, - тут же откликнулся Бугров, - я же лично этот замок и навешивал после похорон, ключ у меня до сих пор и лежал. Всё думал, авось какие родственники объявятся. Это ведь при жизни человек одинокий, а после смерти куча родни изо всех щелей вылезать начинает. Но за это время так никто и не появился. То ли и впрямь нет никого, то ли наследство уж больно незавидное. Сын считается без вести пропавшим уже более пяти лет.

— Давай теперь ты, Василий, - выслушав участкового, обратился Родион к Шишкину, - ты человек бывалый, частенько с тобой в изоляторе по душам балакали, так что вспоминай до мельчайших подробностей всё что видел.

— Нечего мне больше добавить, - зло зыркнув из-под козырька кепки на Ермолаева, ответил Василий, - всё, что видел, уже Семёну Петровичу досконально обсказал. Запись протокола имеется.

С этими словами Василий развернулся и, не оглядываясь, направился в сторону своего дома. Свиридов дёрнулся было за ним, но Ермолаев дал отмашку, успеется мол, сейчас поважнее дела есть.

Рассредоточившись по одному, опергруппа стала медленно продвигаться к дому. Не заметив ничего подозрительного на участке и дождавшись, когда судмедэксперт сделает все необходимые манипуляции с отпечатками свежих следов возле крыльца и навесным замком, они, наконец, открыли дверь и вошли внутрь. Дом встретил их отсутствием электричества, затхлостью и паутиной. Взошедшая луна слабо освещала единственную комнату и маленькую кухню с полуразвалившейся печью. Убедившись, что в доме никого нет и с включенными фонариками обследовав каждый угол, так и не найдя больше ничего примечательного, опергруппа вместе с участковым решила отложить розыскные мероприятия до утра и дружной гурьбой вывалилась на крыльцо. Дверь с гулким стуком захлопнулась за вышедшими, словно отсекая от всего внешнего мира тайну старого дома.

Фото: ИИ

Глава 2

— Тимофеич, тормозни за ближайшим поворотом, мы с Николаем выйдем. Установим, на всякий случай, за домом слежку. Яков Григорьевич, а вы, как с уликами пошаманите, дайте знать, к каким выводам пришли.

Отдав распоряжения, Ермолаев со Свиридовым быстро выскользнули из остановившегося уазика и тут же растворились в ночи.

Заняв наблюдательный пост в самых густых зарослях участка, друзья вели тихую неторопливую беседу.

— Коль, тебе при обыске ничего странным не показалось?

— А что там было странного? - с удивлением воззрился тот на Родиона. - Дом нежилой уж несколько лет, как говорится, даже ничья нога там не ступала.

— Вот именно! Не ступала! - Ермолаев в ожидании уставился на друга, но наткнувшись лишь на недоумевающий взгляд, решил сам пояснить ситуацию. - Яков Григорьевич, перед тем как забрать замок для более тщательного осмотра на наличие отпечатков пальцев, успел шепнуть мне на ушко, что в замке никто не ковырялся, значит, он мог быть открыт только ключом. Но ключ, как ты знаешь, был у участкового в единственном экземпляре. В доме следов тоже не обнаружено, значит и не заходил туда никто. Отсюда вывод - свидетель Шишкин не мог видеть там свет от фонаря. Да и со следами закавыка. Ты обратил внимание, что они были только у крыльца? Как человек мог подойти к крыльцу и наследить только возле него?

— Так темно, Родя, - остудил пыл Ермолаева Николай, - по участку подозреваемый шёл размашистым шагом, а возле крыльца потоптался, вот и увидели мы только там следы. При дневном свете внимательно рассмотрим тропки и я уверен, следы найдутся. А про кого-то в доме с фонарём, может, и прав участковый, показалось Шишкину с пьяных глаз, а на самом деле и не было там никого. Может, и сейчас мы зря тут с тобой торчим. Как говорится - нет тела, нет дела.

— Не уверен!

— В чём ты опять не уверен?

— В том, что дела нет. Вся эта ерунда со следами лишь отвлекающий манёвр от настоящего преступления, которое произошло совсем в другом месте, - в раздумьях потёр переносицу Ермолаев и, предваряя вопрос ошарашенного друга, шёпотом продолжил, - а вот в каком, это нам и предстоит выяснить. Так что не зря мы тут с тобой торчим, нутром чую.

Где-то вдали безлюдной улицы раздался приглушённый лай одинокой собаки и тут же смолк. К дому Емельяновны бесшумной тенью мелькнула тёмная фигура и уже через минуту в его окнах стал виден беспорядочно мелькающий свет фонаря. Ермолаев, достав табельное оружие, кивком головы приказал Свиридову следовать за собой. Подкравшись к дому, он одним рывком распахнул дверь и наставил пистолет на ночного визитёра. Тот от неожиданности выронил фонарь и бросился к окну, но Свиридов оказался быстрее.

— Не рыпайся! - заломив незваному гостю руки за спину, Николай развернул его лицом к Ермолаеву.

— И снова здравствуй, Василий! Теперь-то поговоришь со мной по душам. Что тебе не спится в ночь глухую?

Родион защёлкнул наручники на руках Шишкина и достал телефон для вызова машины. Приехав в участок, он отправил Николая отдыхать, а сам приступил к немедленному допросу.

— Рассказывай, Василий, что в доме забыл? Сам знаешь, чистосердечное признание смягчает вину.

— Да плевал я на твоё признание, начальник! - завёлся с пол-оборота Шишкин. - Чего ты мне шить собрался? Незаконное проникновение в нежилой дом? Да тебя судьи на смех поднимут.

— Шить я тебе ничего не собираюсь, я не портной, - спокойно проговорил Ермолаев, доставая листы для ведения протокола, - и для чего ты в дом залез, обязательно докопаюсь, ты меня знаешь. Поэтому и зыркал так зло при встрече, надеялся на другого опера. А пока по старой дружбе могу с тобой мыслями своими поделиться, в чём я тебя подозреваю. А подозреваю я тебя, Василий, ни много ни мало в убийстве гражданина Анатолия Савкина, сына Елизаветы Емельяновны. Это ведь его ботинки ты принёс и наставил следы с целью запутать следствие? А сделал ты это для того, чтобы попасть в дом без повреждения замка. Рассчитал ты всё верно. Опергруппа по вызову участкового приедет, снимут слепок следа, замок заберут на экспертизу, ничего толком не обнаружат да и закроют дело за ненадобностью. Одного ты не учёл - засаду. Да и кто будет в таком пустяковом деле засаду устраивать?

Фото: ИИ

— Вот именно, никто не будет! - взорвался Василий. - Никому бы и в голову не пришло что-то там расследовать. Одному тебе неймётся, все карты мне спутал!

— Так, может, расскажешь всё-таки сам, что я тебе там спутал? Оформлю, как явку с повинной, - глядя на насупившегося Василия и так и не дождавшись от него вразумительного ответа, Ермолаев продолжил, - давай так! Я буду рассказывать как дело было, а ты либо подтверждай, либо отрицай. Савкин появился у тебя на пороге буквально на днях. Верно?

— Вчера на ночь глядя явился. Попросился переночевать, так как к участковому поздно за ключом идти. А мне что, жалко? Пусть ночует. Тем более он сразу два пузыря на стол выставил.

— И пока вы эти пузыри распивали, он тебе о чём-то таком рассказал, ради чего ты его убить собрался. Какая-то вещь дорогая в его доме была спрятана?

— Да не хотел я его убивать! - вновь вышел из себя Василий, вскочив с табурета, и лишь после успокаивающего жеста следователя, сел на него обратно и уже тише продолжил. - Веришь, Алексеич? Не хотел!

— Верю! В мокрушниках ты сроду не ходил, лишь воровство да драки по пьяни были. Давай рассказывай, как дело было. В пьяном угаре поссорились? - Родион внимательно взглянул на Шишкина и приготовился записывать его дальнейшие показания.

— Уж не знаю, где он там на севере работал, да только однажды попали в руки им с бугром несколько золотых самородков. Решили поделить по-братски да Толян, не будь дураком, спёр их да и дал дёру. Да только не появился он ни у матери, ни на работе больше. Так спустя какое-то время и признали его без вести пропавшим.

— Где же он был всё это время?

— Да у бабы какой-то кантовался. Официально нигде не работал, чтобы доки не светить. А как узнал, что бугор копыта отбросил, так сразу сюда и рванул. Оказывается, он тогда всё-таки до дома добрался да только ночью, так, чтобы его никто не видел. Даже мать не знала, что он приезжал. Втихую заныкал рыжьё и смылся.

— Откуда же он про бугра узнал?

— Чего не знаю, того не знаю, зря трепаться не буду.

— Что было дальше?

— Да блажить он стал хуже бабы беременной. Чуть ли не пальцы веером перед носом моим крутить начал, мол, как заживёт теперь припеваючи, а я так и буду гроши считать. Ещё и посмотрел на меня при этом так, будто я пыль под ногами. Ну я и не выдержал. Опомнился, когда он уже с ножом в грудине на полу валялся. Как пелена спала, струхнул малость да стал кумекать как от тела избавиться. Закопать, так собак вокруг немерено, вдруг кости с мясом учуют да раскопают, проблем тогда не оберёшься. Ну и оттащил его к реке, камень привязал да пустил на корм рыбам. Перед этим ботинки его пижонские снял, чтоб следы оставить, потом их тоже к хозяину отправил. Ну а дальше ты всё знаешь. - горестно покачал головой Василий и взглянул укоризненно на Родиона. - Я тебя как увидел, сразу понял, времени у меня окромя сегодняшней ночи нет. Надо когти рвать и кровь из носу найти эти самородки долбанные.

Когда Василия увели, капитан Ермолаев закрыл папку и устало посмотрел в окно, за которым занимался рассвет.